Иван Колпаков

  • 0

Иван Колпаков

Tags : 

Иван Колпаков, бывший руководитель отдела специальных корреспондентов «Ленты.ру», работает в независимом новостном портале «Медуза», в Риге живет с начала октября. Он не считает себя эмигрантом – это просто длительная командировка.

«Мы с Галей (главредом «Медузы» и экс-главредом «Ленты» Галиной Тимченко. – РС) и Ильей Красильщиком, нашим издателем, придумывая этот проект, понимали, что в нынешних условиях придется куда-нибудь уехать, – рассказывает Колпаков. – Поэтому я недолго размышлял. Конечно, начали посещать всякие грустные интеллигентские мысли, но я их от себя гнал, гоню и буду гнать. С другой стороны, здесь и не чувствуешь себя на чужбине».

Рассматривались разные страны бывшего Советского Союза, а также Израиль. Но Рига всего в часе лета от Москвы, объясняет Колпаков, здесь почти такое же время, прозрачные законодательство и процесс легализации сотрудников, к тому же это недорогой город, в котором все говорят по-русски, что важно для людей пишущих. Открыли компанию, попытались найти в Риге сотрудников: по закону приоритет отдается местным жителям. Но, понятно, что в Латвии недостаточно людей, хорошо знающих российскую общественно-политическую повестку и так же хорошо пишущих по-русски, говорит Колпаков, поэтому пришлось привезти большую часть команды из России.

«Нас здесь меньше 20 человек, и на самом деле каждый из нас едва ли мечтал об отъезде, – объясняет Колпаков. – Нас никто не выдворял, не выгонял. Для многих из нас нынешняя общественно-политическая обстановка на родине была душноватой, но все мы любим Россию и хотим там жить. Так нужно было для дела. Мы хотим быть уверенными в том, что издание будет выходить каждый день».

Вся редакция виртуально живет на родине. «Мы не ощущаем себя русской прессой в эмиграции и надеемся не стать ею, – говорит Колпаков, – наши интересы, общение, работа на 100% связаны с тем, что происходит дома. Мы сами продолжаем там бывать, у нас есть там сотрудники. Мы считаем, что работаем для русских читателей, где бы они ни находились, но, по понятным причинам, большая их часть по-прежнему находится в России, там же происходит большая часть событий, интересных русской аудитории. Поэтому наше «вещание» просчитано с точки зрения российского рабочего дня. Мы стараемся жить по московскому графику: раньше встаем и раньше заканчиваем».

Однако Колпаков не считает, что издание живет изолированно от окружающего мира. «Нас гораздо больше, чем кого-либо в России, интересует мировая повестка, – доказывает он. – Русскому читателю не интересно знать, что происходит за пределами страны, российские СМИ постарались сделать так, чтобы из-за рубежа доходили только трагические или «адские» новости. Безусловно, локальные латвийские новости нас не очень интересуют. Но истории отсюда, из Эстонии, из Северной Европы, если они являются неотъемлемой частью картины дня, обязательно представлены».

Процесс переезда организовывался централизованно, хотя каждый сотрудник делал это за собственные деньги. У Колпакова рабочий вид на жительство, как и у его коллег, за исключением главреда. Он выдается на несколько лет, но каждый год нуждается в подтверждении. «Если завтра главный редактор захочет расторгнуть со мной трудовой договор, – объясняет журналист, – я буду вынужден покинуть территорию Латвии». Колпаков перебрался в Ригу с женой, которая не является сотрудником редакции и «пока сидит дома».

Оформление документов происходит прозрачно и понятно. Еще Колпакову нравится, что чиновники не руководствуются оценивающими критериями, а четко выполняют инструкции: «Когда взрослый русский человек, не живший в таком мире, с этим сталкивается, он чувствует себя немного обескураженным».

Сотрудники редакции снимают квартиры. «Поскольку мы все приехали из Москвы, нам кажется, что здесь все очень дешево, что здесь прекрасный рынок недвижимости, – делится впечатлениями Колпаков, – Мы живем в тихом, чистом городе, после Москвы Рига кажется санаторием».